Комментарий декана факультета Холмогоровой Аллы Борисовны

по теме "Кризис первой четверти" опубликован в журнале "Огонек" (№24 от 02.07.2018)



Термин "кризис первой четверти" был определен западными психологами еще в 60-х годах прошлого века. Опирались они на идею нашего психолога Льва Выготского о том, что по мере развития общества усугубляется разрыв между биологическим возрастом и психологическим созреванием личности. Не случайно на Западе дети уже давно учатся в школе 12 лет, у нас на год меньше. Хотя и в Европе, и в Америке это не спасает студентов от кризиса. Кроме сомнения в избранном пути (а иногда и отвращения к нему) кризис первой четверти сопровождается депрессией, апатией, раздражительностью, озлоблением на окружающих и конфликтами с родителями и близкими, что ведет за собой замкнутость и одиночество.


Алла Холмогорова, заведующая лабораторией психологического консультирования и психотерапии Московского НИИ психиатрии (филиал НМНИЦ ПН им. В.П. Сербского Минздрава РФ), декан факультета консультативной и клинической психологии Московского государственного психолого-педагогического университета, рассказывает: «Мы проводили обследование студентов, в котором сравнивали первокурсников и студентов старших курсов. Именно на 3–4-х курсах больше всего проблем, свидетельствующих о личностном кризисе, эмоциональном неблагополучии. У многих студентов отчетливо проявляются симптомы депрессии, тревожности. Кризис - неизбежный этап взросления, но все проходят этот кризис по-разному. Одни - легче, другим требуется помощь психолога. Иногда дело доходит до клинических состояний, требующих врачебной помощи».


Алла Холмогорова считает, что истоки этой проблемы лежат в школе: «Сегодня родители и учителя озабочены всеобщим культом успеха, он для них мерило развития детей. Поэтому целью обучения становятся не самоопределение ребенка, подготовка его к сознательному и ответственному выбору будущей профессии — все это уходит на второй план, а подготовка к ЕГЭ. Психологи убеждены: сегодня большинство детей в 17 лет не готовы сделать самостоятельный выбор. И если школа вынуждает учеников в 10-м классе выбирать гуманитарное или естественно-научное направление обучения, этот выбор скорее делают родители, а не дети. Как говорят, мама лучше знает, что нужно ребенку. Результат: у детей формируется так называемая объектная позиция - стремление выполнять все обращенные к ним требования учителей и родителей, быть "хорошим", соответствовать ожиданиям взрослых. Культ успеха и растущая конкуренция между детьми способствуют развитию перфекционизма - желания всегда и во всем достигать совершенства. Вы спросите: разве это плохо? Но проблема в том, что это позиция пассивная, она заглушает развитие в ребенке собственных интересов, потребностей и способностей, а конкуренция мешает становлению дружбы и близости со сверстниками, которые так важны в процессе поиска и понимания себя. Расплата приходит позже, на 3–4-х курсах вуза, когда человек начинает понимать, что живет не свою жизнь».


Полную версию статьи читайте на сайте издательского дома "Коммерсант".

Опубликовано в новости на факультете

23 апреля 2018г.

в МГППУ прошла XVII Всероссийская научно-практическая конференция молодых исследователей образования


Организаторами конференции выступили ФГБОУ ВО МГППУ и Ассоциация исследователей образования. С приветственными словами в адрес участников конференции выступили ректор МГППУ, доктор психологических наук Виталий Владимирович Рубцов и научный руководитель Института образования НИУ "Высшая школа экономики", доктор педагогических наук Фрумин Исак Давидович.


Секцию "Психологические исследования в образовании" возглавили заведующая кафедрой детской и семейной психотерапии, кандидат психологических наук Елена Валентиновна Филиппова, а также профессор кафедры детской и семейной психотерапии Татьяна Павловна Гаврилова.

IMG 0006_1

В рамках секции с докладом выступила аспирантка факультета, преподаватель кафедры клинической психологии и психотерапии Ирина Андреевна Николаевская. Доклад "Сотрудничество как условие возникновения субъектной позиции ребенка в процессе преодоления им учебных трудностей" был подготовлен на основании диссертационного исследования, выполняемого под руководством профессора кафедры индивидуальной и групповой психотерапии Виктора Кирилловича Зарецкого.

IMG 0010_1

Также в концеренции приняла участие студентка магистерской программы "Консультативная психология" Татьяна Андреевна Талаш. Ее доклад "Образ изучаемых дисциплин у студентов-психологов и преподавателей" был представлен в рамках секции "Педагогические исследования".

Опубликовано в новости на факультете

26-27 апреля 2018г. в Санкт-Петербурге состоялся CBT FORUM 2018,

организованный Ассоциацией Когнитивно-Поведенческой Психотерапии


Форум собрал ведущих специалистов когнтивно-поведенческой терапии, представил последние тренды психологии, ментального здоровья и когнитивного развития человека, чтобы специалисты со всей России могли получить истинное удовольствие от 2 насыщенных дней учебы, общения и расширения представлений о современной науке и медицине.


В работе форума приняли участие декан факультета, зав.кафедрой клинической психологии и психотерапии Алла Борисовна Холмогорова и профессор кафедры Наталья Георгиевна Гаранян.


Алла Борисовна выступила с лекцией на тему "Пограничное расстройство личности: факторы суицидального риска и общие мишени психотерапии в когнитивно- бихевиоральных и психодинамических подходах".

Лекция Натальи Георгиевны была посвящена теме "Неблагоприятные социальные сравнения: возможности диагностики и терапии".


Всего на форуме были представлены доклады и лекции более 50 выдающихся спикеров.

Опубликовано в новости на факультете

С 16 по 19 апреля 2018г. проходила

4-я Костромская Всероссийская школа молодых ученых и специалистов в области психического здоровья

"Депрессия - вызов ХХI века"


Школы в Костроме регулярно организуется Российским обществом психиатров и Научным центром психического здоровья с приглашением для чтения лекций ведущих специалистов. В проведении занятий для молодых специалистов из разных городов России и ближнего зарубежья регулярно участвуют сотрудники кафедры клинической психологии и психотерапии факультета консультативной и клинической психологии МГППУ. В прошлые годы с лекциями о роли когнитивно-бихевиоральной терапии в лечении психических расстройств выступала профессор кафедры клинической психологии и психотерапии Наталья Георгиевна Гаранян. В этом году декан факультета и зав. кафедрой Алла Борисовна Холмогорова была приглашена прочитать лекцию на тему "Когнитивно-бихевиоральная терапия депрессивных расстройств на современном этапе". Лекция вызвала интерес и вопросы. В адрес Аллы Борисовны поступали слова благодарности со стороны специалистов, посетивших лекцию.

Опубликовано в новости на факультете

15 и 16 марта 2018 года в Москве состоялась Всероссийская научно-практическая конференция с международным участием "Методологические и прикладные проблемы медицинской (клинической) психологии. Поляковские чтения (к 90-летию Ю.Ф. Полякова).


Организаторами конференции выступили Московский государственный психолого-педагогический университет (ФГБОУ ВО МГППУ) и Научный центр психического здоровья (ФГБНУ НЦПЗ).

«Поляковские чтения» посетило более 370 участников из России, Белоруссии, Казахстана, Франции и Германии. За два дня конференции было заслушано 53 научных доклада на пленарном заседании и 7 секциях.


Активное участие в подготовке и проведении конференции приняли преподаватели кафедры клинической психологи и психотерапии нашего факультета.


В первый день конференции (15 марта 2018г.) в рамках секции "Современное развитие идей и направлений работы Юрия Федоровича Полякова в медицинской (клинической) психологии" выступила профессор кафедры КПП, д.псх.н. Наталия Георгиевна Гаранян с докладом "Перфекционизм как фактор хронификации психических расстройств".

Polyakov.Chteniya Garanyan


Во второй день конференции (16 марта 2018г.) преподаватели и выпусники факультета приняли участие в организации и проведении секции "Современные тенденции в реабилитации больных с тяжелыми психическими расстройствами". Руководителями секции выступили декан факультета, д.псх.н. Алла Борисовна Холмогорова, заместитель декана, д.псх.н. Ольга Валентиновна Рычкова, а также зав.кафедрой нейро- и патопсихологии факультета КСП Антон Игоревич Хромов.


Преподаватели и выпускники факультета выступили с докладами:


1. Гаранян Н.Г., д.псх.н.; Клыкова А.Ю.; Полякова Ю.М.; Сорокова М.Г.Интерперсональные аспекты перфекционизма

2. Москачева М.А.; Холмогорова А.Б. д.псх.н. — Применение IT-технологий в практике помощи больным с тяжелыми психическими расстройствами

3. Пуговкина О.Д., к.псх.н. — Когнитивные нарушения как мишени психотерапии хронических депрессивных расстройств

Polyakov.Chteniya Pugovkina_2

4. Таккуева Е.В.; Холмогорова А.Б., д.псх.н.; Палин А.В. — Консолидация достижений организационной и клинической психологии в реабилитации больных шизофренией

5. Холмогорова А.Б. д.псх.н. — Дискуссионные аспекты перфекционизма: роль мотивации

6. Царенко Д.М., к.м.н.; Юдеева Т.Ю., к.псх.н.; Довженко Т.В., д.м.н. — Нарушение способности к ментализации у больных биполярным аффективным расстройством


Краткий обзор всей конференции можно найти на сайте ФГБОУ ВО МГППУ

Опубликовано в новости научной жизни

bannikovp




Банников Павел

Выпускник 2011 года

Кафедра клинической психологии и психотерапии


foot-line

Проект «Интервью с выпускником», 2015 г.

брали интервью студентки ПКП 1.1

Анна Стороженко,

Дарья Розман и

Юлия Карпова


Мой метод жесткий, но не жестокий. В таком подходе все про себя, это отрезвляет клиентов и ведет к успеху.

В своей практике этот психолог смог соединить воедино самые различные подходы и методы. В его работе нет легкости и беззаботности, он четко видит проблемы и ведет клиента к их решению. Он применяет самые различные методы и успешно совмещает их в единую линию работы. Уже имея достаточный опыт и большие планы, он стоит на пороге создания новых техник психотерапии.

Это интервью было очень важным для нас, ведь мы 1 курс и от живого общения с психологом может поменяться наша жизнь. Так уж сложилось, что сегодня далеко не все подростки близко знакомы с работой психолога, а идя по этой специальности, не все полностью представляют это профессию. Первое впечатление от Павла Александровича было ошеломительное, казалось, что мы прикоснулись к самой психологии в чистом виде. Но уже с первых секунд разговора мы почувствовали себя свободно. Он произвел самое теплое впечатление. Как только прозвучал первый вопрос, сразу стало понятно, что этот разговор будет долгим, информативный и очень приятным. Разговор был настолько увлекательным, что 2 часа пролетели, как 15 минут и нам было очень жаль его прерывать. Уходя, мы чувствовали себя очень воодушевленными и полными решимости достичь успехов! Главное заинтересовать на первой лекции, говорили нам преподаватели, так вот первый психолог, с которым нам удалось поговорить с профессиональной точки зрения, смог не только заинтересовать, но и погрузить нас в этот мир.


Интервьюер: С какого момента Вы поняли, что хотите стать психологом?

Павел Банников: Наверное, это сложно назвать решением в один момент. Я сначала хотел стать юристом, получил среднее профессиональное образование, но понял, что не хочу быть им. И совершенно случайно при написании курсовой работы я нашел в библиотеке книжку З. Фрейда «Введение в психоанализ». И меня это заинтересовало, я начал читать. Мне стало интересно, что психология не просто академическая [наука], потому что в колледже у меня был общий курс психологии, и было немного скучновато. Но когда я увидел, что это не только не скучно, но еще и имеет практическую значимость, мне стало интересно.


И: А потом Вы поступили в университет?

П.Б.: Да, потом я решил выбрать университет. К тому времени я уже знал, что хочу быть психологом. И уже в достаточно сознательном возрасте, мне было тогда 21, я пошел на факультет Констультативно-клинической психологии, (тогда он назывался «Психологическое консультирование»), на клиническую кафедру.


И: Почему Вы выбрали именно этот факультет?

П.Б.: Потому, что мне казалось, что это факультет, где будут обучать практическим навыкам, знаниям о том, как использовать различные методы консультирования. А клиническую кафедру я выбрал потому, что это расширяет базу, то есть, я могу работать не только с нормой, но и с различными патологиями.


И: Как Вы "пришли" к семейной психологии? Почему выбрали именно это направление?

П.Б.: На третьем или четвертом курсе Г. Л. Будинайте вела у нас общий курс «Семейная психотерапия» и рекомендовала литературу по темам. И я очень заинтересовался, потому что (прим. семейная психология) системный анализ - это другое видение консультирования. У меня уже был опыт: у нас была первая-вторая ступень "понимающей психотерапии" Ф.Е.Василюка – это одно, а когда системная и семейная – немного другой взгляд на ситуацию, на проблему. И я почувствовал, что мне это подходит, мне более интересно, более живо. Далее начал изучать самостоятельно, читать книги. Например, Карла Витакера и Сальвадора Минухина советую почитать, это структурная системная семейная психотерапия. Они очень четко описывают системную логику семейной психотерапии; а если логику поймёте, то там все достаточно просто.


И: Как Вы поняли, что это для Вас лучшая сфера деятельности; и как понять это студентам?

П.Б.: Если кажется, что психологией хочется заниматься, и в другом себя не видишь, тогда остается вопрос о специализации, какую специализацию выбрать. Самая лучшая база – это база психологическая, чтобы оттолкнуться и начать поиск. В любом случае - это консультативная психология, она мне дала очень хорошую базу.

Когда вы дойдёте до третьего-четвергото курса, пройдёте самый "скучный" этап: общая психология и другие моменты, которые кажутся скучными, потом через некоторое время, когда вклиниваются курсы общей психотерапии, истории психотерапии, и когда вы знакомитесь более подробно с разными направлениями, то, я думаю, что-нибудь отзовется в вас, если это будет вашим.


И: Как Вы начали работать в центре? Сложно ли было устроиться на работу после окончания университета?

П.Б.: (Протяжно) Да... После окончания университета я работал в банке, занимался активными продажами, мне было психологически очень тяжело. И я отработал всего два месяца и на втором месяце понял, что все, не могу больше. Я разослал резюме по куче разных организаций. Я получил несколько приглашений и приехал на самое первое. Прошёл два собеседования, и уже пять лет работаю в этом же центре по специальности.


И: Первый клиент: какие чувства вызывают эти воспоминания, и какие выводы после первой консультации Вы для себя сделали?

П.Б.: Из первых клиентов я почему-то помню только первую семью. Прошло всего лет пять, но одним из первых, кто приходит в голову - именно эта семья. Первая семья... было очень тяжело. Тяжело понять,.. что такое происходит (улыбается). У этой семьи каждую консультацию были разные жалобы и разного направления. То есть это была ситуация, в которую сейчас я редко уже попадаю, но бывает периодически, когда приходят с жалобой, и, либо запроса четкого не имеют, либо он скрыт. Например, конфликт мамы и папы, у них предразводное состояние, и они приходят с проблемой: "ребенок не слушается, сделайте с ним что-нибудь". Если даже консультация заканчивается тем, что им нужно как-то выстраивать взаимоотношения: "Да, да, да…", и следующая консультация начинается с чего-то другого. В самом начале у меня еще был "хаос" в голове, я тогда еще своего инструмента, метода не нашел; но при входе в кабинет я говорил себе "Ап!" и делал шаг. (Смеётся). Я с ними работал с января по май, и был счастлив, что закончился учебный год, и они ушли, так как к тому времени остро чувствовалась необходимость в паузе. Когда они пришли в следующем учебном году, то есть мы продолжили [работать], уже было чуть попроще.


И: Можете дать портрет личности психолога, какие качества нужны, например, конкретно в Вашем направлении?

П.Б.: Про себя могу рассказать. Мне очень помогло то, что я впитал из курса Ф.Е. Василюка «Понимающая психотерапия», гуманистическом клиент-центрированном подходе, роджерианском, - позитивное безоценочное принятие. Оно позволяет сделать «хоп» и все с белого листа: «я вас не знаю, я – инопланетянин, расскажите мне, что и как». Это помогает воспринимать ситуацию более объективно без всяких социальной желательности, социального порицания. В разных ситуациях это помогает. Достаточно сложно, когда вам, например, говорят: «я ненавижу своего ребёнка», и если бы не позитивное безоценочное принятие, можно было бы сразу сказать: «Знаете, я не буду с Вами работать. Я не могу Вас воспринимать, как человека, Вы - зверь». Если нет этого инструмента - позитивного безоценочного принятия, - то очень сложно человеку будет в работе с разными сложными случаями.

Уверенность в себе. Но не граничащая с неадекватной завышенной самооценкой, а уверенность сделать шаг, не боятся чего-то нового. Как у Михаила Боярского в песне, "Но когда заходить мне не хочется в клетку "Ап!" - себе говорю я, и делаю шаг…". Вот как раз такая должна быть уверенность, чтобы вы не боялись чего-то нового и шагали: «Я справлюсь, я разберусь», а если вдруг вы поймете, что не разберётесь, то всегда можете остановиться.

На мой взгляд, умение сказать, что «вот здесь я вам не могу помочь», и сказать это искренне, не откладывая в долгоиграющий ящик, признать это – тоже очень важное качество психолога. Мы не боги, мы всех спасти не можем, мы можем спасти тех, кого можем спасти. Кого-то должны спасать другие, а иногда клиенты вообще не хотят, чтобы их спасали. Разные ситуации бывают, и, чтобы не "сгореть", психолог должен иметь это качество.

Разносторонность – еще одно качество психолога. Чем больше знаний в разных сферах, тем проще вам будет. Сейчас нужны универсальные специалисты. Вы должны знать все, но любить что-то одно.


И: В чем Ваша "изюминка" как специалиста?

П.Б.: (Задумывается) Мне сложно судить о себе; о "изюминке" скорее, наверное, клиенты расскажут. Жена говорит, что у меня стиль достаточно жёсткий. Не жестокий, а жёсткий. Поэтому я выбрал структурную систему психотерапии, а не нарративный или же стратегический подход. Я поддерживаю именно структурный подход, потому что там про систему, про структуру, про изменение, разрушение структуры, с целью построить новую; там про жесткие интервенции, внедрения, коалиция с одним, потом с другим. Это достаточно жёстко, это не понимающая психотерапия. Это "огорошивание", ушат холодной воды, это отрезвляет. Таким инструментом я могу помочь. То есть, например, в определенны ситуациях использовать понимающую психотерапию достаточно сложно, но элементы её я использую, когда, например, требуется эмпатия, а не переструктурирование. Все нужно в меру и вовремя.


И: Есть ли мужской и женский подход к психотерапии или это миф? Кто лучше подходит для роли консультанта?

П.Б.: Мне кажется, есть особенности... Например, если говорить про работу с детьми, то большинство моих коллег-женщин используют какие-то арт-терапивтические методы в работе: песочную терапию, рисование на планшете, лепку, строительство песочниц и т.п., а коллеги-мужчины больше работают с подростками, с семьями; но есть и коллеги-женщины, которые работают с семьями тоже. Хотя женщины, как мне кажется, больше углубляются в творческие направления; какой-то такой стереотип у меня сформировался.


И: В психологии есть такое явление, как "выгорание" специалистов. Как с этим справиться?

П.Б.: Вот, на самом деле, в любой профессии, где требуется работа с людьми, есть какой-то процент «выгорания», и он всегда будет. Много зависит от атмосферы, в которой ты работаешь, от того, насколько ты гибок и от знаний, наверное.

Собственно какого-то конкретного универсального совета по профилактике "выгорания" нет, потому что каждый формирует для себя мотивацию, ставит перед собой какую-то цель. Многие приходят в психологию, потому что есть диплом: «Почему бы и нет, попробую-ка я в этом поработать, не зря же я учился пять лет». Некоторые приходят и до пятого курса думают: «Нет, я не буду заниматься психологией». А некоторые приходят «Ну да, я закончил, здорово…», но применять на практике знания абсолютно не хотят, нет желания, нет понимания, как этот процесс (прим.: консультации) происходит. Такие, мне кажется, "сгорают" в первую очередь.


И: А как вы справляетесь с обычным стрессом?

П.Б.: Ну, я вам честно скажу, основной стресс – это бумажки (смеётся). Сейчас их чуть поменьше стало, слава Богу, но когда конец года, нужно срочно сдавать бумаги, писать много. Наверно это какая-то моя неорганизованность, которая мне мешает все делать вовремя. Правда, как показывает практика других коллег, либо у них тоже нет этой организованности, либо просто это некоторая наша такая черта психологов: нам бы творить, нам бы помогать, а не бумажки писать. Я думаю, это на уровне бессознательного отрицания, обесценивания, отодвигания, чтобы за это не браться, наверное, это порождает тревогу.

Разные родители-клиенты приходят, и тогда тоже иногда возникает тревога, когда очень сложный случай, и когда сам человек, который пришел с запросом, не хочет ничего делать. Ведь я же не могу удочерить, усыновить детей, как-то их "переделать" и потом отдать обратно. Это должны делать родители, по крайней мере, в рамках нашего центра. Самым важным для меня является то, чтобы родитель был готов работать и работал, иначе - стресс. Это как тупик, а мне всегда нужен свет в конце тоннеля, понимание, что это можно сдвинуть, что с этим можно работать, могу ли я помочь или не могу, и, когда ты чувствуешь, что не можешь помочь – это, наверное, стресс; ведь, неуспехи немного тревогу увеличивают. Но на самом деле не так много этих неуспехов, больше бумаг.


И: Как повлияла Ваша профессия на личную жизнь?

П.Б.: Со своей женой я познакомился в нашем университете, она тоже психолог, тоже училась на консультативной психологии, на клинической кафедре, только на три года позже, чем я. Мы вместе ходили на разные внеучебные мероприятия: лекции, лектории, огоньки, зимние психологические школы, семинары. Вот на этих семинарах я и познакомился с женой. Мы живем в счастливом браке уже три года.

Все по-разному, все мы люди, но психологическое знание, навыки помогают более без болезненно и быстрее справляться с конфликтами, неурядицами. Я думаю, что было бы сложнее, если бы мы с женой были в разных специальностях, не психологи, а кто-нибудь ещё.


И: Используете ли Вы какие-то психологические приемы в разговорах с друзьями, родными? Как это влияет на отношения в семье? Консультируете ли Вы близких знакомых?

П.Б.: Я думаю, все через это проходят. Психологам надо же тренироваться сначала на кошечках, а потом уже переходить... (кошечки – это из советского фильма Операция Ы) Все знают, что консультировать друзей нельзя; почему нельзя - объясняли, понимаешь, но все равно консультировать хочется (улыбается). В любом случае, хочется дать какие-то советы - это великий соблазн, от этого никуда не уйти: будете консультировать, уже, может быть, консультируете. В любом случае, к вам будет некоторое другое отношение: «слушай, у меня такая проблема, ну ты же психолог, ну расскажи...».

Почему так? Не потому что нам хочется, а потому что ореол психолога будет витать над вами всегда, и, если будете говорить: «А я вообще работаю психологом», то в ответ часто будете слышать: «психологом? А! Слушай у меня такая проблема … ». Это будет, как игра, в которую вы наиграетесь. Мне кажется, что консультирование близких - это как этап развития львёнка: он играется, кусается, и вот эта игра нужна для чего? Для того, чтобы добычу ловить, проверять эффективность своей деятельности, чтобы в дальнейшем вы уже могли с клиентами прилично работать. Конечно, всегда есть риск, особенно при консультировании друзей: вы можете с ними поругаться, они могут обидеться на ваши суждения, мысли, которые будут расходиться с их мнением, поэтому лучше стараться разграничивать, где вы как друг, а где вы как психолог. Можете использовать фразу «Я тебе сейчас, как друг скажу...». Поэтому тренируйтесь: на третьем-четвером курсе будет такая ситуация, что для апробации каких-то техник, вам нужен будет кто-нибудь, и те, кто согласны и хотят - это друзья, братья, сестры, мамы, бабушки и т.д.

По поводу навредить/не навредить, у меня к "не навредить" особенное отношение... Вот, например, хирург, он может навредить как? Он может сделать глубокий надрез, тем самым "открыть" кровотечение, и не суметь его остановить. Мы чем отличаемся от хирурга? Ну, во-первых, мы не психоаналитики. Я думаю, что единственные, кто могут глубоко [навредить], это те, кто работают с "глубиной", то есть, те, кто работают в психоанализе. А если вы работаете в психологическом консультировании, то не давайте советов – и не навредите. Советы можно применять, когда вы полностью понимаете, что происходит, есть четкая картина, и вы начинаете описывать ситуацию, с которой клиент пришёл, и у него возникает ощущение, что вы как-будто видели, что с ним происходило. Будете чувствовать, что это действительно так, то тогда можете давать советы. Но и то, что-то вроде: «прислушайтесь, что говорит ваш ребенок…». Никоим образом не берите на себя ответственность, например, за какой-нибудь жизненоважный выбор, вы же сами будете виноваты: клиент будет осознанно или неосознанно вас винить, потому что вы сделали выбор за него, а он вас послушался, думая, что вы... (величественно) психолог. Люди всегда будут ждать, что вы дадите какой-нибудь совет. Приучайте свое окружение к тому, что вы не даете советов.


И: Был ли неудачный случай и как он повлиял на вашу работу?

П.Б.: Я, наверное, очень сильно себя люблю, потому что, когда мне попадается случай, с которым я не справляюсь, понимаю, что это не мое, то я просто говорю, что ничем не могу помочь. И они уходят, и тогда наступает облегчение. Я не переживаю, что я не помог, потому что объективно понимаю, что не могу этого сделать, в таких случаях тяжелее не момент отказа, а продолжение работы с клиентами, это выматывает еще больше. Например, когда ты уже не видишь смысла работать, а они хотят приходить, при этом ничего не делая; и когда вступаешь в такую борьбу с самим собой, наверное, это самый тяжелый случай. Хотя, в таких случаях бывает, что клиенты сначала не хотят что-либо делать, а потом, через какое-то время начинают работать. Но есть патовые ситуации, когда они погрязли в своих проблемах и самое ужасное то, что им это удобно. Тогда становится тяжело и грустно, но как только они уходят, наступает облегчение. Так что, если клиенты не хотят ничего делать, то это уже не от меня зависит, это от них зависит. Чем более реалистично мы относимся к тому, что с нами происходит, тем проще. И нужно помнить, что если возникают трудности, с которыми вы как профессионал справиться не можете, то всегда можно найти себе супервизора.


И: В РФ к психологам относятся довольно настороженно по сравнению с Европой. С чем это связанно? И как это преодолеть?

П.Б.: Я думаю, это связанно с нашим менталитетом. После открытия железного занавеса долгое время было, да и сейчас эхом доносится, четкое понимание того, что то, что сделано за рубежом более качественно, чем у нас. Разные конференции являются более значимыми и важными за рубежом. Особенно это явление было распространено в 2000-х; а сейчас, мне кажется, уже не так сильно, потому что очень много российских "школ". Например, школы семейной психотерапии А.В.Черникова, А.Я. Варга. И я бы не сказал, что у них какой-то дефицит с обучающимися, или, например, институт гештальт-терапии, который бесконечным потоком гештальтистов выпускает, и их курсы повышения квалификации сейчас котируются везде.


И: Вы работаете с разными возрастными категориями, к чему больший интерес?

П.Б.: Семьи, в которых дети до 15 лет. Наверное, это наиболее интересная сфера. Самые простые случаи, это где дети до 7 лет (до 1 класса), в таких семьях самые быстрые консультации. В семьях с подростками работа сложнее, потому что они сопротивляются, юношеский максимализм и т.д. Это усложняет работу, но не делает её менее интересной. Я не люблю, когда просто, я люблю, когда сложно, когда у тебя есть понимание, как с этой ситуацией разобраться, то есть это, как шахматная игра: что-то видишь, что-то не видишь и начинаешь разбираться, рождается азарт, интерес. А с детьми до 7 лет интересно тем, что за короткий период времени достаточно эффективно можно поработать, выдохнуть и сказать себе "молодец". Но когда приходят сложные семьи, я испытываю восторг. Поэтому, возвращаясь к вашему вопросу, самое интересное для меня - это семьи с подростками.


И: Вы ходите на какие-либо курсы повышения квалификации? Психолог - это профессия, которую невозможно полностью постичь?

П.Б.: Конечно, хожу. Представьте, что у вас есть необходимость делать что-то эффективно, а способов и приемов нет, и возникает ситуация, при которой, вам надо либо распрощаться с профессией, либо дополнительно обучаться. Но не всегда это помогает. Все книги и все преподаватели дают информацию, а будете ли вы понимать, как ее использовать - это уже другая история. Поэтому, помогают ли повышения квалификации постичь психологию – наверное, да. Но все зависит от нас самих.


И: Был ли у Вас когда-нибудь профессиональный кризис?

П.Б.: Был, когда я окончил университет, и не мог найти работу. Поступая в университет, я четко понимал, что буду работать по специальности и никак по-другому, у меня даже плана "Б" не было. Но когда я понял, что работу найти нереально и тогда у меня был профессиональный кризис. И я попытался найти план "Б": я пошел в банк, там обучение прошел и хотел в отделе "B2B" быть тренером, потому что это было что-то близкое с психологией. Но пришлось работать обычным агентом продаж. Вот тогда и был кризис. А сейчас я уже не представляю свою жизнь в другой профессии.


И: Реализовались ли ваши ожидания от профессии?

П.Б.: Я надеюсь, что все еще впереди (Смеётся). У меня желание было только одно: заниматься этим и ничем другим, и я этим занимаюсь. У меня не было особо никаких ожиданий от профессии, у меня был страх, что я просто не найду работу. А так, какие у меня были ожидания? Мои ожидания, когда я был выпускником: во-первых, я не хотел работать с детьми, но оказывается с детьми не так уж и сложно. Но это нельзя считать нереализованными ожиданиями, потому что я нашел что-то другое, я воспринял эту ситуацию под другим углом, и они изменились. Во-вторых, я хотел работать с семьями, изменилось ли это? Нет, я по-прежнему хочу работать с семьёй, это наиболее интересный формат для меня.


И: Каким Вы себя видите через 5-10 лет в профессиональной деятельности? Может, есть какие-то идеи, проекты?

П.Б.: Ну, во-первых, хочу сделать обучающий семинар по техникам, которые я планирую довести "до ума". И, во-вторых, наверное, надо все-таки идти в аспирантуру, это некий карт-бланш, потому что больше возможностей появляется. В государственных учреждениях приоритет больше тем, кто имеет кандидатскую степень. Меньше требований, больше профессиональных возможностей. Я про свободу выбора.

Опубликовано в Выпускники


Андрюшина Ирэн

Выпускница 2013 года

Кафедра клинической психологии и психотерапии


foot-line

Проект «Интервью с выпускником», 2015 г.

Подготовили и провели интервью, написали статью студенты группы ПКК 1.1:

Белова Екатерина Александровна, Внукова Елизавета Сергеевна,

Кувшинов Георгий Евгеньевич, Фомченко Анастасия Александровна,

Цыпляева Ирина Александровна.

Редакция: Соловьева Наталья Васильевна, студентка 1 курса ВВ КПП


Ирен Игоревна Андрюшина проходила обучение на кафедре Клинической психологии и психотерапии Московского городского психолого-педагогического университета и закончила его сравнительно недавно, три года назад. Сразу после выпуска Ирен Игоревна устроилась клиническим психологом в психиатрическую клиническую больницу №1 им. Н. А. Алексеева, где на момент нашей встречи проработала уже два года. Мы решили расспросить выпускницу, с чего начался ее путь в психологию.


- Почему Вы пошли в психологию? Выбрали именно это направление, клинический психолог?

- Психологию я выбрала из-за семьи, так как папа был психоаналитиком. Мне нравилась его работа. Вначале думала пойти в МЧС, но туда нужен очень большой опыт работы. Сразу после института не берут. И нужен диплом клинического психолога. Поэтому решила поступать на это направление. В психиатрическую больницу им. Алексеева попала, так как была свободная вакансия, и хотелось проверить знания в клинической психологии.

Алексеевская психиатрическая больница, ранее известная как психиатрическая больница им. П.П. Кащенко, - существует еще с конца 19 века (1894 г.). Это довольно большое медицинское учреждение, к которому относится 6 филиалов. Она имеет на своей территории множество корпусов. Отделений, куда направляют на лечение пациентов, в больнице несколько десятков.

Ирэн Игоревна рассказала нам, что она работает в 31, мужском, отделении, рассчитанном на 60 мест. В отделении кроме нее еще есть один психолог. В больнице в целом «с психологической помощью всё очень сложно», специалистов не хватает, на всю больницу их около семи и нагрузка, соответственно, на одного сотрудника получается большая. Когда приходит новый специалист, ему назначают куратора, который помогает адаптироваться на месте и получить нужную информацию.

Обсуждая работу в клинике, мы не могли не поинтересоваться, как сюда попадают пациенты и что ждет человека, вынужденного обратиться в психиатрическую лечебницу.


- Каким образом у вас оказываются пациенты?

- Скорая привозит, соседи, родители. Сначала в приёмную, потом в отделение. В первой палате, так скажем, самые сложные случаи, потом полегче и совсем легкие. Дошёл до пятой палаты и выписываешься. По закону могут держать до 21 дня.


- А если притворяются? Вы это как-то видите?

- Когда притворяются, в приёмной уже отсеивают. Обычно таких сразу видно, они ни под один синдром не попадают, ни под одну симптоматику.


- Поступают ли к вам повторно?

- Да, постоянно такие случаи бывают. Выписали, обратно вернулись. Чаще всего это что-то связанное с алкоголем. Наркологическая клиника из скорой помощи не принимает, только если пациент туда пришёл или кто-то его направил.


- Если пациента выписывают, то, все, связь с ним больше не поддерживается?

- Нет. У нас есть медико-реабилитационное отделение, дневной стационар, можно выписать туда. Там работают врачи, психологи, группы, музыка, кино и всякая всячина терапевтическая.


- Предусматривается ли амбулаторное лечение?

- Раз в две недели пациент может прийти за лекарствами, но это очень редко. Врач берется за это, если видит, что прогноз благоприятный. Тогда больному могут помочь, и он может приходить. Если нет, то никто обычно за это не берется.


- Часто ли пациенты жалуются, что им здесь не нравится?

- Да, каждый день. Это естественно, потому что невыносимо, я им сочувствую. Но, к сожалению, другого выхода у них просто нет. Потом, есть и такие пациенты, которые действительно опасны.


- Бытует мнение, что психологам пациенты доверяют больше чем психиатрам, это так?

- Да. Таких большинство. Есть пациенты, которые с радостью приходят, стучат в двери, возможно, где-то глубоко, подсознательно, понимая, что им можно помочь.


- Какие лично у Вас возникают сложности?

- Очень сложно сохранить дистанцию с бредом. Не включится в это вместе с пациентами и сохранять свой рассудок. Постараться туда не включится и чтоб тебя туда не включили. Очень сложно также в плане выгорания, очень устаёшь.


- Бывали ли в Вашей практике случаи, когда пациент совсем не шел на контакт?

- Нет, чтобы совсем не шел на контакт, такого не было. Иногда требовалась помощь других специалистов.

Если приходит пенсионер, для меня это очень тяжело, наверное, хуже, чем с женщинами. Если бы мне было лет 45-50, была бы ближе к его возрасту, то, может быть, было бы и нормально. А когда он видит перед собой молоденькую девушку, приходиться собирать себя в кулак, чтобы показать, что ты профессионал.


- С молодыми такое редко бывает?

- Да, даже если пациент достаточно сильно болен, хронически уже, шизофрения. Он может просто прийти к тебе посидеть, будет медленно привыкать - к тебе, к среде, к кабинету, что-то калякать. Потом, со временем, он начнет что-то рассказывать. Нужно время.

Общеизвестно, что образование не заканчивается на институтской скамье. Получив базовые знания, необходимо дальше самостоятельно вникать в профессию. Мы поинтересовались у недавней выпускницы, что из освоенного в университете ей особенно пригодилось, а что пришлось осваивать уже в «полевых» условиях.


- Ирэн Игоревна, хватило ли Вам знаний для работы?

- Нет. Очень сильно не хватает чего-нибудь по арт-терапии. К сожалению, для коррекционной работы в институте дали очень мало.


- А кроме арт-терапии?

- Диагностики в клинике очень много. Здесь, естественно, опыт нужен. По коррекции, консультации не так много знаний было. В принципе техник было достаточно, но если есть возможность расширить ещё КБТ, это было бы очень здорово. Я дополняю свои знания чтением книжек, конференциями, мастер-классами и так далее. Ещё про тренинги хотелось бы добавить. Они тут часто проводятся, а опыта проведения у меня не было, поэтому вначале просто сидела и наблюдала, как тренинг проводят другие специалисты. Чтобы вести тренинги надо быть гиперактивным, не мое это.


- Занимаетесь ли Вы научной деятльностью?

- Планирую, но пока не хватает времени.


- Что Вы можете рассказать о практике в ВУЗе?

- Если говорить о консультировании, то на 2 курсе вам никто не доверит проводить консультацию самостоятельно. Это опасно как для вас, так и для клиента. Вы можете присутствовать на консультации специалиста. Это вполне себе имеет место.


- Какой Ваш любимый предмет был в ВУЗе?

- Наверное, единственный, - это КБТ, причем все преподаватели, они там никто не исключение, это 4-5 курсы.

В заключении мы поблагодарили Ирэн Игоревну за интересное и познавательное интервью и попросили пожелать или посоветовать что-нибудь нынешним студентам. "Не запускать математическую статистику, - пошутила наша собеседница. - А вообще желаю вам определиться с тем, чем вы хотите заниматься и развиваться в этом".

Опубликовано в Выпускники

Кафедра обеспечивает подготовку полного пакета учебных программ для лицензирования МГППУ по специальности «клиническая психология» в соответствии с требованиями государственного стандарта.

Проводит подготовку по специальности «клиническая психология».

Является одной из выпускающих кафедр факультета психологического консультирования и полностью поддерживает и реализует важнейший принцип образования на факультете – ориентация на развитие практических знаний и навыков при сохранении высоких требований к теоретической и методологической подготовке специалистов.

Обеспечивает базовую клиническую подготовку всех студентов факультета психологического консультирования.

Ориентирована на соединение лучших достижений отечественной и зарубежной научной клинической психологии. Все теоретические и практические курсы обязательно включают информацию о наиболее значимых современных тенденциях и исследованиях.

 

 Кафедра клинической психологии и психотерапии проводит подготовку студентов и слушателей по следующим образовательным программам:

  • по специальности«Клиническая психология»(030401.65), специализация «Патопсихологическая диагностикаи психотерапия(в клиническойи психолого-педагогическойпрактике)», квалификация «Психолог. Клинический психолог. Преподаватель психологии» (5,5 лет).


В образовательном стандарте указывается, что «клиническая психология по профессиональной ориентации, системе подготовки кадров и фундаментальным основам образования является психологической специальностью широкого профиля, имеющей межотраслевой характер и участвующей в решении комплекса задач в системе здравоохранения, народного образования и социальной помощи населению. Объектом научно-практической деятельности клинической психологии является человек с трудностями адаптации и самореализации, связанными с его физическим, социальным и духовным состоянием». 

 

Одним из широко распространенных заблуждений является представление о том, что клинический психолог занимается исключительно проблемами психической патологии. Клинический психолог – это специалист широкого профиля, имеющий углубленную подготовку в области исследований проблем душевного здоровья и отклонений от него. Эта подготовка важна в самых разных областях психологического консультирования (в образовании, организационном консультировании, бизнес консультировании и др.). 
Кафедра обеспечивает базовую клиническую подготовку всех студентов факультета ПК. Специализация «психолог-консультант», независимо от конкретного профиля работы специалиста, предполагает глубокое знание психической патологии, умение квалифицированно выявлять ее и направлять нуждающихся за помощью к соответствующим специалистам, а также овладение базовыми навыками работы с состояниями психической дезадаптации. Поэтому роль кафедры на факультете достаточно важна, кафедра нуждается в дальнейшем расширении и укреплении. 

Общую ориентацию работы кафедры можно охарактеризовать как научно-практический подход, предполагающий проведение исследований направленных на решение актуальных и значимых практических задач в опоре на хорошее знание феноменологии, эмпирических исследований и опыт практической работы. В своей работе кафедра руководствуется рядом принципов.

  • Кафедра придает особое значение базовой подготовке студентов в области теории и истории психологии, а также в области психодиагностки, возрастной, социальной, педагогической и общей психологии. Будущему клиническому психологу также очень важно владеть иностранным языком, читать художественную литературу. Программа подготовки клинических психологов на младших курсов практически идентична подготовке по специальности «Психология».
  • Кафедра ориентирована на соединение лучших достижений отечественной и зарубежной научной клинической психологии. Все теоретические и практические курсы обязательно включают информацию о наиболее значимых современных тенденциях и исследованиях. Многие сотрудники кафедры – бывшие выпускники кафедры нейро- и патопсихологии факультета психологии МГУ, имеющие длительный опыт работ в старейших и наиболее известных московских научных лабораториях клинической психологии, связанных с именами Б.В.Зейгарник, С.Я.Рубинштейн, Ю.Ф.Полякова и других крупных отечественных клинических психологов. Ведущие сотрудники кафедры имеют опыт зарубежных стажировок в известных западных клиниках и центрах психического здоровья.
  • Кафедра делает акцент на развитии знаний и навыков для работы с наиболее распространенными расстройствами, которые в большом количестве встречаются в жизни (среди учителей, учащихся школ и высших учебных заведений, на производстве, в бизнесе), а не в психиатрических стационарах. Это депрессии, тревожные расстройства, расстройства пищевого поведения, посттравматическое стрессовое расстройство, алкоголизм, наркомании, суицидальное поведение. Их катастрофический рост в современном обществе отмечается многими отечественными и зарубежными авторами. В связи с этим особую остроту приобретают проблемы профилактики этих расстройств, изучение и своевременное выявление факторов риска. В отечественной клинической психологии эти расстройства изучены явно недостаточно. Тематика научных исследований кафедры связана с изучением психологических факторов и механизмов этих расстройств с целью выявления научно обоснованных мишеней психопрофилактической и психотерапевтической работы, а также создания программ психологической помощи.
  • Исследования, проводимые на кафедре, не ограничиваются эмоциональными расстройствами. Студенты участвуют в проведении популяционных исследований в школах и высших учебных заведениях, направленных на выявление факторов психологической дезадаптации школьников и студентов и разработку психопрофилактических программ.
  • Особое внимание уделяется методологической и теоретической подготовке студентов. Выпускники кафедры должно хорошо представлять себе концепции нормы и патологии в рамках основных психологических школ, историю их становления и современное состояние, владеть основами системного подхода и знать системные модели нормы и патологии, на основе которых осуществляются теоретические и эмпирические исследования в современной клинической психологии.
  • Особое внимание уделяется также знанию феноменологии душевной жизни человека, искусству беседы и психодиагностического интервью, искусству самонаблюдения, умению наметить основные задачи психологической помощи. Предусмотрена многоэтапная программа отработки практических навыков психодиагностики и психологической помощи. Она закладывается на младших курсах общепсихологического практикума, практикума по детской психологии и патопсихологии. На четвертом курсе в рамках специализации в течение всего года один день полностью выделяется для работы в клинике в рамках практикума с целью обучения навыкам психодиагностики и интервьюирования пациентов поликлиники и стационара.
  • Подготовка в области базовых навыков оказания психологической помощи интегративно ориентирована. Принципиальная позиция кафедры заключается в направленности на синтез лучших достижений различных школ современной психотерапии. Разные члены кафедры имеют подготовку практически во всех основных направлениях современной психотерапии: психодинамической, когнитивно-бихевиоральной. экзистенциально-гуманистической, системной семейной. Многие из них прошли подготовку под руководством иностранных тренеров. Это позволяет организовать для студентов старших курсов систему мастерских, представляющую самый широкий спектр направлений современной психотерапии. Особое внимание уделяется когнитивно-бихевиоральному направлению, как доказавшему свою высокую эффективность в лечении эмоциональных расстройств и коррекции эмоциональных нарушений.
  • Выпускник кафедры должен хорошо знать современное состояние эмпирических исследований, хорошо ориентироваться в смежных областях знания (психиатрия, психофармакология, психосоматическая медицина), уметь взаимодействовать с другими специалистами, владеть необходимыми для этого коммуникативными и социальными навыками.
 
 
 

 

Опубликовано в общие положения

Кафедра Клинической Психологии и Психотерапии

 

holmogorova prof

Алла Борисовна Холмогорова

заведующая кафедрой

клинической психологии и психотерапии,

доктор психологических наук, профессор

Телефон: (495) 632-92-12

E-mail: Этот адрес электронной почты защищен от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.

ул.Сретенка, д.29, комн.305 

 

Кафедра КПП является выпускающей кафедрой факультета.

Проводит подготовку по специальности «клиническая психология».

Полностью поддерживает и реализует важнейший принцип образования на факультете – ориентация на развитие практических знаний и навыков при сохранении высоких требований к теоретической и методологической подготовке специалистов.

Обеспечивает базовую клиническую подготовку всех студентов факультета психологического консультирования.

 

Клинический психолог – это специалист широкого профиля, имеющий углубленную подготовку в области исследований проблем душевного здоровья и отклонений от него. Эта подготовка важна в самых разных областях психологического консультирования (в образовании, организационном консультировании, бизнес консультировании и др.).

 

Образовательный процесс на кафедре обеспечивают 5 докторов наук (2 доктора мед. наук, 3 доктора психол.н.), имеющих звание профессор, кандидаты наук – 14 человек (2 канд. мед.н., 12 – канд.псх.н.)

 

Контакты кафедры - г.Москва, ул.Сретенка, д.29, комн.307.

тел (499) 632-92-12

E-mail: Этот адрес электронной почты защищен от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.

 

 

Подробную информацию о кафедре смотрите в следующих разделах: 

 

 

На факультете «Консультативная и клиническая психология»

открыт набор на две программы первого высшего образования:

37.03.01 Психология и 37.05.01 Клиническая психология

sdfjk

sdfhfjsfjhjkljdkj

VV infa_01b VV infa_01a
VV infa_02 VV infa_06
VV infa_05 VV infa_04


banner ChZV_PVO


NEW! Отзывы выпускников программ первого высшего образования!

Опубликовано в учебные программы

Присоединяйтесь к нам
в социальных сетях!

facebook-icon1 black-white-android-vk.com  youtube-icon1 instagram icon3

 

Presentation B_2018a

 

Второе высшее - деканат

+7 (499) 975-51-18

+7 (499) 975-51-32

 povyshkval bannerПовышение квалификации

+7 (499) 975-51-18

+7 (985) 110-49-32

(пн.- ср. с 11:00 до 19:00)

 

banner art2goda

 

banner kouching